Авторская ремарка к ogrimeдийному изданию

Написано в ожидании нового романа Виктора Олеговича «Тайные виды на гору Фудзи».

end faq

Все-таки прочел я роман Виктора Пелевина «Чапаев и Пустота» – надо же чем-то занять себя в этой вечности – и был немало удивлен той простоте и душевности, что отличают его от более поздних опусов писателя. В ЧиПе нет ни вампиров, ни рептилоидов, ни айфаков, ни даже вездесущих масонов – есть лишь простые люди, живущие, правда, в непростое время (точнее, в двух временных пластах – в начале и в конце двадцатого века) и в еще более непростой стране: «у нас же страна зоной отродясь была, зоной и будет», как мило охарактеризовал ее Пелевин. «Даже если допустить, что власть в этой страшной стране достанется не какой-нибудь из сражающихся за нее клик, а просто упадет в руки жулья и воров... то и тогда русский интеллигент... побежит к ним за заказом» – обозначил автор роль придворных писателей и режиссеров в нынешней России. Рецензию на ЧиП писать не буду, отмечу только огорчившую меня аллюзию, да что там аллюзию – банальный пересказ эпизода из голливудского блокбастера «Правдивая ложь», как будто автору не хватило фантазии выдумать что-то более оригинальное!

Ну да ладно, с фантазией, как оказалось позже, у Пелевина все в порядке, что демонстрирует его iPhuck 10, перенесший меня с более или менее реального ЧиП-корабля на совсем уж виртуальный е-бал. Доподлинно не знаю, какие вещества использует писатель, но выдумать роман, где действующими (думающими, разговаривающими и даже совокупляющимися) лицами будут компьютерные программы – это что-то! Причем единственный живой персонаж во всей книге – Мара – оказался еще более заалгоритмизированным, чем остальные алгоритмы – герои романа. Вот уж где Пелевин дал волю своей фантазии! А еще иронии и сарказму, направленному одновременно на все сферы жизнедеятельности человека – на социально-политическое устройство общества («велферленды – это... поселения, где освобожденные от всех форм эксплуатации афроамериканцы свободно самовыражаются и делают, в общем, что хотят... Задач у обитателей велферлендов, по большому счету, две: рожать со скоростью, нейтрализующей любую электоральную угрозу, и голосовать за выделяющих велфер левых, которые благодаря этому держатся у власти»), на мораль («с добром и злом тоже начались проблемы – от имени добра стали говорить такие хари, что люди сами с удовольствием официально записывались во зло»), на «фальшивую философию и удивительно лживое, никчемное и дурное искусство», секрет которого в том, что «окончательное право на жизнь ему дает – или не дает – das Kapital. И только он один».

Но особенно досталось в этот раз Голливуду, штампующему апдейты и апгрейды, натыренные по мелочам из чужого контента. «Айкинематографу» присущ «полный отказ от всего, что может хоть ненадолго задержаться в умственном кишечнике... Сознание потребителя должно оставаться пустым и готовым к немедленному приему нового продукта». А продукты описанный в романе «энтертейнмент» выдает весьма развесистые. Взять хотя бы рекламу: «Если судить о далеком седалище Ебанка по приходящим оттуда роликам, то Лондон – это такое место, где вокруг радужно горящих стеклянных башен круглыми сутками ходят счастливые мультихороводы, и трансгендер с Ямайки помогает индиджинос полинезийцу под благожелательным взглядом дисэйбэлд аутиста смазать орифайсы коммунального андрогина рециклированным лубрикантом для одновременной тройной пенетрации... В общем, одна большая, солнечная и счастливая polygender restroom».

Да, у автора, без сомнения, богатый язык – великий и могучий, но, боюсь, уже не русский, от души исковерканный космополитической культурной аурой. Он сам его определяет, как «лингводудос», суть которого в создании и использовании «языковых конструктов, не отражающих ничего, кроме комбинаторных возможностей языка, с целью парализации чужого сознания. По сути это лингвистическая ddos-атака, пытающаяся "подвесить" человеческий ум, заставляя его непрерывно сканировать и анализировать малопонятные комбинации слов с огромным числом возможных смутных полусмыслов». Вот так вот! А немногочисленных, но смелых критиков своих нетленок Пелевин сразу же ставит на место: «Все блестящие специалисты по чужому творчеству оказываются... ничтожны в качестве творцов – более удачливые предшественники навсегда хакнули их головы, и оттуда теперь идет только вонь и дым». Чтоб даже и не думали!

И еще: iPhuck 10, как и прочие творения Пелевина, густо замешан на сексе со всеми возможными его вариациями и девиациями. И тут уж приводить цитаты я не стану, ибо роман целиком представляет собой одну большую секс-цитату – «настоящий гимн всем видам соития, когда-либо существовавшим в живой природе за последний миллиард лет».

Комментарии  

Рудольф
0 # Рудольф 10.10.2018 01:46
Благодарю за оперативность!
Надеюсь, так же оперативно вышлешь мне и "Тайные виды на гору Фудзи", как в свое время выслал iPhuck 10))
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
Ogri
0 # Ogri 11.10.2018 02:02
Да, уже купил и уже читаю. Вышлю на емайл.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
Рудольф
0 # Рудольф 11.10.2018 02:04
Спасибо!
А пока дочитаю "вашего" Набокова)
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
Рудольф
0 # Рудольф 10.10.2018 02:45
И все же набросаю несколько цитат, чтоб человек, не знакомый с литературными достоинствами iPhuck 10, для себя решил, а стоит ли? :lol:

В день нашей первой встречи она открыла для меня не панель на стене, не медиа-систему – а именно айфак. С корабля на е-бал, как я тогда элегантно выразился.

* * *
Она придвинулась к айфаку. Включился ее ТС-стимулятор, и она ощутила прикосновение моего мускулистого горячего плеча.
– Скажи честно... Ты уже был когда-нибудь... Ну, с женщиной? Через айфак?
– Был в каком смысле? Онтологическом?
– Блять. Ты баб ебал раньше?

* * *
У каждой женщины, между нами говоря, есть свое тайное сокровенное число: частота вибратора, при которой вероятность наступления множественных оргазмов максимальна. Не то чтобы это было точное и постоянное дигитальное значение, конечно... И все же. Частота Мары была шесть целых шестьдесят шесть сотых герца. Я не шучу.

* * *
Льстить женщине – особенно умной – нужно грубо и беззастенчиво, быстро кроя одну нелепость другой, а другую третьей, потому что на то время, пока вы щелкаете в ее голове допаминовыми тумблерами, ее острый интеллект впадает в спячку. Даже если она хорошо это понимает сама. Многократно проверено на опыте. Мало того, фольклор небезосновательно утверждает, что при таком подходе можно впендюрить прямо в день знакомства.

* * *
Начинается свидание.
И здесь мы понимаем смысл названия «Сопротивление» (движение Сопротивления в годы второй мировой войны во Франции – примечание мое).
Фон Брикен пытается добиться анальной пенетрации – но сфинктор Маре оказывается чуточку сильнее. Самую чуточку – так что у зрителя, участвующего в айфильме от лица фон Брикена, все несколько минут этой напряженнейшей борьбы присутствует полная иллюзия, что стоит нажать чуть сильнее... немного напрячься... Вот уже почти получилось... Нет, надавить еще самую малость, совсем немного... Но сопротивление каждый раз побеждает.

* * *
Сказать молодому и свежему уму: вот прочитай-ка для развития Хайдеггера, Сартра, Ведровуа и Бейонда – это как посоветовать юной деревенской красавице: чтобы познать жизнь, дочка, переспи по десять раз с каждым из двенадцати солярных механизаторов в вашем депо. Она это сделает, конечно – трогательная послушная бедняжка. И жизнь в известном смысле познает. Но вот красавицей уже не останется: во-первых, никогда не отмоет сиськи, а во-вторых, будет ссать соляркой до конца своих дней.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать

Добавить комментарий


Работая с этим сайтом, вы даете свое согласие на использование файлов cookie, необходимых для сохранения выбранных вами настроек, а также для нормального функционирования сервисов Google.
Подробнее OK