(цинично-романтическое)

Авторская ремарка к ogrimeдийному изданию

Бывает иногда, что сибарит и графоман Рудольф влюбляется, причем, словно подросток. Об одном из самых бурных и продолжительных романов в его жизни повествует эта миниатюра. Возможно, в будущем она сама превратится в роман.

end faq

divider girl

rud03Прошло десять лет с того дня, как мы встретились. Нет, виделись мы и раньше, но так чтобы наедине и именно для этого... Года три назад она сказала, что разлюбила меня и без презерватива спать больше не будет. «Ну вот, – подумал я вслед за Вишневским, – опять отказ от дома, где всё до клитора знакомо». Причем сама меня на это и подсадила – на секс без презерватива. Была у нее вставлена спираль, и любой мог излить туда душу, не беспокоясь о последствиях. Ну как любой – конечно, не любой, а только избранный – тот, кому она оставит телефон, шепнув на ушко: позвони.

Разумеется, я позвонил. Глупо отказываться, когда тебе дают телефон и кое-что в придачу. Даже не вникая в ее тонкую душевную организацию, а лишь взглянув, легко было понять: в придачу к телефону шло немало. Высокая стройная блондинка с выдающейся (пусть лишь в бюстгальтере) грудью и губастенькой вульвой – всё то, что я люблю. А еще грустная улыбка на устах и блеск в глазах – как отблеск пламени, которое внутри разводят бесы...

Любил ли я ее? Не знаю. Наверное, дней пять любил... А как это еще назвать, когда давно забытое чувство рвет тебя на части, когда не находишь себе места и каждую секунду хочешь быть рядом с ней, когда звонишь не ей – другой и плачешься в жилетку, вливая внутрь бутылку коньяка... Мы встречались днем, а ночью приходилось расставаться: у нее был муж, у меня жена, и никто не собирался ничего менять... Те пять безумных дней прошли, и жизнь опять потекла скучно и однообразно, как, впрочем, и течет она в отсутствие любви.

Любила ли она меня, чтоб разлюбить потом? Не знаю. Но вспоминая ее влажные глаза и трепет губ, я думаю, что да. Пусть иногда, но я был с ней, и больше, говорила, ничего ей от меня не надо... Не надо? Подарил колечко с бриллиантом – раз не надо! Спустя пять лет, когда одумалась и посчитала, может, надо – желание дарить уже пропало у меня... Бес противоречия!

Была она обычно сдержанной, закрытой, но выпив, становилась вдруг совсем иной – раскованной, веселой, бесшабашной. Будто срабатывал защитный клапан, из-под которого наружу вырывались переполнявшие ее эмоции – живые, яркие, дремавшие под маской до поры. Когда она давала волю чувствам, то даже внешне вся преображалась – как же приятно было на нее смотреть! Хотя... я до конца так и не понял: когда она была собой?

Никак не получалось поговорить с ней по душам – ни на людях, где она стеснялась, ни наедине, где занимались чем угодно, кроме разговоров. А может, души разговаривают молча?.. Будучи интровертом, она все свои монологи прокручивала в голове, так и не решаясь их озвучить. За годы наших встреч накопилось столько недосказанного, что, кажется, не хватит жизни, чтоб высказать друг другу всё. А может, это к лучшему? Должна же оставаться в отношениях загадка?

А сколько раз мы расставались! и думали, что навсегда. Потом, не выдержав, встречались вновь. Зачем? Чтобы еще раз помолчать и заглянуть в глаза? В ее грустные, в мои циничные... Она, надеюсь, понимала, что мой цинизм – защитная реакция души: заботливо задернув шторы, она не допускала никого туда, где место есть лишь для одной...

Добавить комментарий